Без заголовка 991

11.09.2012

Небольшой, по меркам торговой компании, билландер бодро заигрывал с морскими волнами, пока Скотти объяснял мне, почему грот нельзя развернуть полностью по ветру. Этот ничем не примечательный мужчина теребил рукой напряжённый от ветра край паруса, и одни руки выдавали в нём человека, знающего работу с канатами. Скотти, начальник дока, рассказывал мне, что этот парус развернут только для того, чтобы после опустить или снять. Он рассказывал ещё что то про покров и бейдевинд, но мою фантазию уже полностью захватила мысль, с какой силой в него ринется ветер, когда поставить его соперником этот белый трепещущий парус. Как раздуются его шершавык бока, когда птицы лягут в дрейф по ветра волнам, когда поверхность моря вспенится тонкими острыми брызгами и кромка берега утонет в изумрудном тумане. Судно удалялось от берега поднимаясь к ветру на галфвинд, чтобы не терять из виду кромку земли, пока есть на то возможность. 

Могу поспорить, вы никогда не пили на палубе торгового судна чаю с Скотти. Спрятавшись от лучей нежного солнца за тенью паруса мы уселись на кушетки, сделанные словно из свёрнутого в рулоны камбоджийского шёлка и за вынесенным для нас "в виде исключения"  кофейным столиком. Стеклянный чайник стоял на горелке (прямо как на уроке химии, только для чая) и руки грели пиалки с горячим напитком. Я смотрел на ясное небо, а начальник дока всё без остановки рассказывал какие то шутки. Мой взор внезапно привлёк прорвавшийся сквозь тень луч солнца, прыгнувший рваным кругом на следующий парус. На спокойном доселе корабле поднималось какое то движение, короткие окрики команды напоминали сухой стук топора по необхватному дереву. С правого борту, буквально в пятидесяти шагах над морем появлялся из воздуха и исчезал корабль при этом разрывая саму ткань времени и пространства. Но хозяева вряд ли были настроены радушно, ведь в те моменты, когда он опять появлялся из пустоты (а с каждым разом "моргал" он всё реже и реже) они успевали направить в наш корабль стрелы, камни и яркие вспышки. Именно одна из них, как я теперь понимаю и прорезала парус в первый раз.

Команда вела себя странно но весьма оперативно, гася горящие стрелы, что иногда втыкались в твёрдое дерево и таская туда - сюда какие то канаты и верёвки. Почему странно? Вместо того, чтобы готовиться к бою, может быть к последнему, или же надуть паруса и рвануть подальше, пол команды стояло у борта к исполинскому налётчику и ругались на него, грозились чем то на древнем и могущественном языке, чем то похожим на наш Хинди, наверное. Но кто знает, может быть только благодаря этому соседний корабль всё ещё "моргал" и в моменты особо рьяных ругательств даже на несколько секунд зависал в "несуществующем" состоянии. Скотти же в неком трансе стоял рядом с кофейным столиком и невидящими глазами, словно где то вне себя искал кого то "джаудугайля", ведь о нём без остановки шептали его губы и ему посвящал он самые страшные проклятия. 

В тот момент я понял внезапно, что я могу просто желанием призвать свой лук. Тот самый, что стоит рядом с каким то шкафом... в каком то другом месте. Просто его захотеть. Он просто всё это время лежал в руке. И колчан как будто уже с начала путешествия лежит у ног. Первые же две запущенных стрелы равносильно уменьшили количество противников. Корабль уже совсем перестал моргать, и теперь моя меткость привлекла чрезмерное внимание. В ногу вонзилось что то острое и железное. Я мог поспорить на что угодно в тот момент, что мне правда что то попало в ногу, ведь боль адская и в глазах темнеет. Но моё падение спало меня от ещё полудюжины стрел, летящих в моём направлении. Пока я приходил в себя и искал отскочивший куда то колчан, Скотти вернулся "на палубу" , а матросы, что что стояли у борта, без единого ранения, как фишки домино замертово падали в воду.

-"Тебе с ними нельзя". - Выдавил Скотти. Его лицо было потным и красным, из носа текла струйка крови. - "Уходи отсюда, прошу тебя". 

Скотти предугадал мой вопрос - "Ты уже призвал образ вещи оттуда. Тебе к ним нельзя. Вспомни, отчётливо вспомни откуда ты эту вещь призвал". Начальник дока прилёг на кушетку и посмотрел на меня устало, как родитель на ребёнка. Я закрыл глаза и...

с треском на пол опрокинулся колчан со стрелами. Кошка лежала на "больной ноге" и крепко спала. За окном жужжали такие привычные машины.

Мои сны иногда меня пугают системностью с нашим миром)